Искусство-творчество никогда не принесёт зла… Оно является идеальным выражением всякой свободы. Александр Грин

К Международному дню театра

     Первая супруга писателя Вера Павловна Абрамова вспоминала: «За те восемь лет, какие мы прожили с Александром Степановичем, он почти не бывал в театре, несмотря на то, что интересных пьес и прекрасных актёров было много» [4:87]. В начале 1900-х с огромным успехом, по словам Веры Абрамовой, шли пьесы Г. Ибсена, в которых играла любимая молодёжью В. Комиссаржевская, пьесы Л. Андреева, М. Метерлинка, Г. Гауптмана, А. Блока, сильное впечатление производили постановки трагедии В. Шекспира «Юлий Цезарь» Московским художественным театром и цикл опер Р. Вагнера «Кольцо Нибилунга» Мариинского оперного театра. «Но ни одно из этих увлечений не коснулось Грина» [4:88] – делилась Вера. Она помнит лишь два случая совместного с Александром Степановичем посещения театра, но спектакли оказались ему не по душе, и им пришлось уйти, недосмотрев постановок: в 1908 году в Александрийском театре на пьесе К. Гамсуна «У царских врат», когда в первом акте Грин «стал ворчать, что по-видимому, автор не на стороне героини и что это противно», и в 1913 году на балете «Дон Кихот», когда ему «показалось, что благородный Дон Кихот осмеян, и он начал громко делать замечания» [4:88].

      Поведение Александра Степановича в театре объяснимо сложностью его многогранной личности и влиянием на неё сценического искусства. О себе Грин любил говорить: «Человек я пёстрый» (Грин Н.Н. «Дорога счастья») [2: 329]. «Несовместимость двух его ликов: человека частной жизни – Гриневского и писателя – Грина» отмечала и Вера Павловна: «Человек, живший со мной, – рассказывала она, – был слабый, беспринципный, распущенный, и тут же рядом умещался писатель – благородный, чистый и сильный» [4:41]. Современник Александра Степановича Михаил Леонидович Слонимский, хорошо знавший его, однажды заметил, «как относился к творчеству художник-фантаст Александр Грин»: «Искусство казалось Грину подчас недобрым, злым, способным убить человека» («Александр Грин реальный и фантастический») [1:260]. Однажды, – рассказывал Михаил Леонидович, Александр Степанович выступал на банкете по случаю приезда писателя-фантаста Герберта Уэллса (1920 г.): «Он приветствовал Уэллса, как художника. И… напомнил присутствовавшим» о его рассказе «Остров Эпиорниса» – о том, как на необитаемом острове человек нашёл яйцо неизвестной птицы, «вырастил необыкновенное существо, от которого ему пришлось спасаться, ибо его детище стремилось убить его» [1:260]. «Как часто случается с писателями, – пояснял М.Л. Слонимский, – Грин, говоря о другом писателе – в данном случае об Уэллсе, – говорил, конечно, о самом себе. В выращенной на пустынном острове странной птице Уэллса Александр Грин увидел родное душе своей искусство… В этом своём выступлении Грин продолжал, в сущности, прежнюю свою дореволюционную линию поведения, охранял позицию человека, оставшегося наедине со своей мечтой, которая гонит его и грозит убить» («Александр Грин реальный и фантастический») [1:260–261]. «Мотивы одиночества и отчаяния, – говорит Михаил Слонимский, – особенно характерны для дореволюционного Грина, нашедшего приют – неверный и обманчивый – в литературной богеме, оставившей в быту его сильный след. Но все эти черты постепенно пропадали в <нём> в послеоктябрьские годы», поскольку «не выражали подлинного <его> характера». Михаил Леонидович прав. В рассказе «Чёрный алмаз», впервые опубликованном в 1916 году (за четыре года до встречи с Г. Уэллсом!), устами главного героя Трумова Александр Степанович выразил свою истинную позицию: «Искусство-творчество никогда не принесёт зла. Оно не может казнить. Оно является идеальным выражением всякой свободы».

      В воспоминаниях о Грине М.Л. Слонимский рассказывает интересный случай, когда Александр Степанович пробовал писать в жанре сценариста-драматурга: «Однажды, когда он нуждался, он написал одноактную пьеску и прочёл её Шкловскому*, от которого от части зависело принятие этой пьески в маленький театрик. Пьеса оказалась плохой. Шкловский, любивший Грина и расстроенный его неудачей, выскочил из комнаты, ничего не сказав» [1:265]. Сегодня судить о таланте Грина-драматурга можно по пьескам, которые он писал к знаменательным семейным датам и посвящал своей второй супруге Нине Николаевне Мироновой. Некоторые опубликованы в её воспоминаниях (Грин Н.Н. «Воспоминания об Александре Грине». Феодосия; Москва, 2021 г.).

      Настоящий театр разыгрывался в воображении Грина-писателя, – мастера художественного слова. Вот как об этом говорит современник Александра Степановича журналист Эдгар Михайлович Арнольди: «Мне думается, что Грин жил в своих рассказах и переживал то необычное, к которому его влекло, между тем как в действительности оно оставалось несбывшемся. Он жил своей богатой фантазией, жил многими жизнями своих героев, волновался их чувствами и получал удовлетворение, как не мог или не умел найти в обыденности. Я догадываюсь, что Грин часто сам был персонажем своих рассказов и растворялся в них своими влечениями, идеалами. Он присутствует в своих рассказах таким, каким ему хотелось стать, но – не удалось!» [3:318–319].

      Александр Степанович привык переживать роли своих героев в своём воображении, и поэтому становится понятным его поведение в театре, о котором говорит Вера Павловна, оно – есть выход экспрессивной эмоции, вызванное искусством сцены и игрой актёров. В жизни Грин был другим. Нина Николаевна вспоминала: «Александр Степанович не любил поз, драматических жестов, игры голосом. Это было ему совершенно не свойственно – драматические жесты. В выражении чувств он был замкнут в себе, даже чопорен и по-старинному изыскан» (Грин Н.Н. «Портрет Грина») [1:202]. Хорошая знакомая Александра Грина поэтесса и журналист Лидия Валентиновна Лесная-Шперлинг заметила: «Грина упорно влекла сатира, быть может потому, что его активной душе было тесно в привычных рамках, что неизрасходованная творческая энергия просила ещё какого-то выхода» (Лесная-Шперлинг Л.В. «Александр Грин в “Новом Сатириконе”») [3:262]. А Вера Павловна Абрамова вспоминала: «В декабре 1908 года при театральном клубе на Литейном проспекте открылось кабаре “Кривое зеркало”. Этим новым, остроумным и тонким зрелищем Александр Степанович увлёкся. Да и нельзя было не увлечься, так как всё в “Кривом зеркале” было свежо, умно и талантливо. Театром руководили З. Холмская и А. Кугель. Репертуар “Кривого зеркала” требовал от своих зрителей высокой художественной культуры, знания современного театра и литературы… Жанр “Кривого зеркала” пришёлся по душе Грину. Недаром Э. Золя назвал репертуар монмартрских кабачков романтическим» [4:88].

      *Шкловский Виктор Борисович – теоретик и историк литературы, литературный критик, прозаик, сценарист.

     Наталья Кошелева,

научный сотрудник музея А.С. Грина

Список литературы:

1. Воспоминания об Александре Грине / Под ред. Н. А. Чечулиной; Сост., вступление, примеч. В. И. Сандлера. Ленинград: Лениздат, 1972. 608 с., 16 л. ил.
2. Грин Н.Н. Воспоминания об Александре Грине: Петроград. Феодосия. Старый Крым. Мемуарные очерки. Дневниковые записи. Письма / Изд. 2-е, исправл., дополн. Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С. Грина. Сост., подг. текста, коммент. Н. Яловой, Л. Варламовой, С. Колотуповой, Л. Ковтун, Д. Лосева. Феодосия; М.: Издат. дом «Коктебель», 2021. 496 с.: ил. (Портрет мастера. Вып. 5).
3. Жизнь Александра Грина, рассказанная им самим и его современниками: Автобиографическая проза. Воспоминания / Сост., предисл., подгот. текстов и общая ред. В Ковский. – М.: Издательство Литературного института имени А.М. Горького; Феодосия; М.: Издат. дом «Коктебель», 2012. 560 с.: ил. (Образы былого. Вып. 17).
4. Калицкая В.П. Моя жизнь с Александром Грином: Воспоминания. Очерки. Письма / Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С. Грина. Изд. 2-е, исправл., дополн. Сост. и подг. текстов: Л. Варламова, Н. Яловая, Д. Лосев. Феодосия; М.: Издат. дом «Коктебель», 2021. 400 с.: ил. (Портрет мастера. Вып. 6).

      Иллюстрации:

1. Фото. Александринский театр ХIХ век. Санкт-Петербург, Площадь Островского, 6. [Электронный ресурс]. URL:

httpscommons.wikimedia.orgwikiFileАлександринский_театр_XIX_век.jpg

• Фото. Театр на Литейном. Санкт-Петербург, Литейный проспект, 51. [Электронный ресурс]. URL: ru.wikivoyage.org