Поэтические посвящения Александра Грина женщинам
К Международному женскому дню
В 2026 году Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С. Грина отметит две круглые даты в жизни писателя: 120 лет момента знакомства Александра Степановича с Верой Павловной Абрамовой, его первой супругой (апрель), и 105 лет со дня начала совместной жизни и регистрации брака Александра Грина с Ниной Николаевной Мироновой (март, май).
«Единственный друг», – назвал Александр Степанович одно из своих стихотворений, посвящённых Вере Павловне Абрамовой. Судьба свела их весной 1906 года в Санкт-Петербурге [3:20]. Дочь известного чиновника города, уважаемого и состоятельного человека, не побоялась связать свою жизнь с беглым ссыльным Гриневским*, вынужденно жившим под чужим именем. Вера отстояла перед отцом своё право быть с любимым человеком, а после поехала с ним в Архангельскую ссылку. В уездном городе Пинеге они провели два года.
«Первые шесть лет, – делилась Вера Павловна, – наша супружеская жизнь с Александром Степановичем держалась на его способности к подлинной большой нежности. Эта нежность не имела никакого отношения к страстности, она была детская» [2:43]. Кроме того, он «умел поэтизировать нашу любовь» [2:11]:
Придёшь ты – и счастьем повеет
В жилище моём.
Уйдёшь – и незримо тускнеет
Лазурь за окном.
Без мысли, улыбки и силы
Я жить не хочу;
Но образ твой, близкий и милый,
Подобен лучу.
Но глаз твоих нежным сияньем
Я крепок в борьбе:
И радости кроткой желанье,
И мысль, и улыбка – тебе.
Для Александра Степановича Вера, как он и просил её, стала «всем: матерью, сестрой, женой» [2:27–28]. Вместе они пережили трудный период становления его как писателя. Настоящей семьи у них так и не получилось, но после развода Вера Павловна была опекуном и ангелом хранителем для Александра Степановича и его жены Нины Николаевны. Стихотворение «Единственный Друг» Александр Грин подписал: «Верочке»:
В дни боли и скорби, когда тяжело
И горек бесцельный досуг, –
Как солнечный зайчик, тепло и светло
Приходит единственный друг.
Так мало он хочет… так много дает
Сокровищем маленьких рук!
Так много приносит любви и забот,
Мой милый, единственный друг!
Как дождь, монотонны глухие часы,
Безволен и страшен их круг;
И все же я счастлив, покуда ко мне
Приходит единственный друг.
По случаю шестой годовщины совместной жизни с Ниной Мироновой Александр Грин писал: «Милая Ниночка… Я знаю, что такое верный и нежный друг, сильный в горе, твёрдый в попечениях, лукавый для пользы своего мужа, и бесконечно снисходительный… Я не мог бы расстаться с тобой ни за какие блага в мире. Если есть сейчас подлинно счастливый человек, которому даже будничные мелочи его жизни украшены любовью, то это я самый и есть» [1:392].
Александр и Нина познакомились зимой 1918 года в редакции газеты «Петроградское эхо» [3:35]. Их встречи были нечастыми, последняя состоялась 23 мая, после они потерялись на три года. «Прощаясь со мной, – рассказывала Нина Николаевна, – Александр Степанович сказал мне, что приедет в тот город, где буду я и подарил мне нежные стихи:
Когда, одинокий, я мрачен и тих,
Скользит неглубокий подавленный стих,
Нет счастья и радости в нём, глубокая ночь за окном…
Кто вас раз увидел, тому не забыть,
Как надо любить.
И вы, дорогая, являетесь мне,
Как солнечный зайчик на тёмной стене.
Угасли надежды,
Я вечно один,
Но всё-таки ваш паладин» [1:9].
В январе 1921-го Александр Грин и Нина Миронова случайно встретились на Невском проспекте Петрограда (Петербурга) [3:39; 1:10–11]. Оба считали эту встречу подарком судьбы и больше с тех пор не расставались. 8 марта 1921 года началась их совместная жизнь [3:39]. Это событие Грин отметил строками стихотворения:
Дверь закрыта, лампа зажжена,
Вечером придёт ко мне она.
Больше нет бесцельных тусклых дней,
Я сижу и думаю о ней.
В этот день она даст руку мне,
Доверяясь тихо и вполне.
Страшный мир свирепствует вокруг.
Приходи, прекрасный, милый друг.
Приходи! Я жду тебя давно.
Было так уныло и темно,
Но настала зимняя весна.
Лёгкий стук… Пришла моя жена.
Пять, и шесть… и восемь лет пройдёт,
А она, такая же, войдёт,
И такой же точно буду я…
Хорошо, любимая моя.
(«8 марта 1921 г.»)
Особые даты: именины жены (27.01), её день рождения (23.10), «дни их разговора» о «необходимости легализовать отношения» (5–7.03, 8.03), Александр Грин всегда старался отметить особенно. Согласно семейной традиции, он писал Нине Николаевне тёплые нежные письма и стихи. Все эти посвящения – «выражение истинной души, образа Александра Степановича», всего прекрасного и чистого в нём, «основа его существа», – говорила Нина Грин [1:371].
Стихотворение «Подснежник» Александр Степанович написал 6 марта, – к одному из «дней разговора» о необходимости официально закрепить их с Ниной отношения. За его содержанием кроется история о регистрации брака Александра Грина с Ниной Мироновой. Имея печальный опыт в первом браке, молодая женщина не торопилась обременять себя узами «всяких обязательств», которые могли бы, как ей казалось, налагать на неё документально зарегистрированные отношения: «… у меня так хорошо и чисто на душе, – говорила она, – я свободна и, если увижу, что мы не подходим друг другу, могу, не боясь, тебе это сказать и уйти от тебя. Нет на мне цепей и на тебе тоже», «и тебя не сделает лучшим мужем подписанная бумажка и венцы над головой» [1:20]. Ему же «бездомному, старому одинокому бродяге» «запись» нужна была как «какая-то внутренняя опора» [1:22].
20 мая 1921 года Александр Степанович обманом, но по-доброму, привёл Нину в ЗАГС. Объясняясь, он смотрел на неё так «ласково и преданно», что ей подумалось: «Грех его обидеть отказом». Она согласилась: «Хорошо, Саша, запишемся». [1:21]. Вскоре у Грина родились строки, под которыми он подписал: «Твой, бесконечно любящий тебя, друг твой Саша»:
В небесах снежинка дулась:
«Ах, зачем без стебелька!?»
Пала наземь, обернулась
Образом подснежника
Ветер… холод… сырость, лужи…
И взмолился горько он:
«Ах, зачем к земле и стуже
Стебельком я прикреплён?»
Между небом и землёю
Посадил бог грешника;
Опустил в стакан с водою
Стебелёк подснежника.
(«Подснежник», 06.03).
«Мне было двадцать шесть лет, когда я вышла замуж за Грина, – повествовала Нина. – В 1921 году ему шёл сорок первый год. Он прожил большую пёструю жизнь, был в возрасте стремления к покою и равновесию… Я же была в периоде жадного знакомства с жизнью, интереса к ней, к развлечениям… Но за все годы жизни с ним у меня ни разу не появилось чувства неудовлетворённости, скуки, стремления к чему-либо иному, жажды развлечений вне дома, без Александра Степановича. Всё заполнял он… И я знаю… В этом углу своей жизни Грин был счастлив и спокоен: “жена украшает шалаш, а он поёт ей красивые песни”» [1:75]:
Как нежно и сильно твой образ любимый встаёт
В час ранний и тихий, когда бесконечно снуёт
Сплетений, волнений и мыслей тобой озарённая мгла,
В которой, почти уж покорно, – душа безнадежно легла.
Люблю ли тебя? Но больше, чем слово твердит о любви,
Страстнее, роднее и дольше
В тебе мои сладкие дни.
Слезами блаженного рая
Я ноги омою твои
В тоске по лазурному краю,
Откуда явились они.
(«Ангелу моему Ниночке»)
Одно из последних своих посвящений Александр Степанович написал Нине к 11-летию совместной жизни. Будучи уже тяжело и безнадёжно болен, он более всего думал о горячо и трепетно любимой им женщине. В его душе, несмотря ни на какие жизненные тяжести и заботы, царили душевный мир и тепло, он был безмерно счастлив:
“Одиннадцать лет?!..” Никакой юбилей, –
Так скажут глупцы, без запинки;
А нам эта цифра гораздо важней,
Чем четверть столетия – Глинки.
<…>
“11” – две одиноких черты,
Дружательных два человечка.
Внутри – однородной породы цветы,
Снаружи – как волк и овечка.
Иль козочка, котик… Ответить всерьёз
О цифре 11 – трудно;
В ней песни, лучи, и гирлянда из роз,
И звон, раздающийся чудно.
Я болен; лежу и пишу, а Она
Подсматривать к двери приходит;
Я болен лежу; – но любовь не больна,
Она карандаш этот водит.
(“Саша – Ниночке, всепрелюбящий и раньше всегда вперёд!”
«11». 7 марта 1932 г.)
Вспоминая о муже, Нина Грин рассказывала, как всегда, на ночь Александр Степанович обязательно приходил, чтобы перекрестить и поцеловать её, заботливо «подвернуть вокруг неё одеяло» и «уютно завернуть её ноги». «Думаю, – размышляла она, – редко какая женщина видела столько нежности, ласки и душевного тепла, сколько я от Александра Степановича. Именно его нежности, а не чувственности, большой умной нежности сильного духом мужчины к любимой женщине» [1:75].
Александр Грин умел давать самым дорогим и близким людям то, в чём очень нуждался сам: внимание, ласку, трепетную заботу, бескрайнюю нежность, душевные мир и тепло. «Не было дня, – рассказывала Нина, – чтобы я не радовалась тому, что он у меня есть, нашей чистой, красивой жизни, для которой не нужно было внешнего богатства: доставало внутреннего. Непрерывно, всем существом своим, я чувствовала его любовь ко мне» [1:75]. А он просил её лишь об одном:
Всегда будь со мной, дорогая,
Живи неразлучно со мной.
Мы встретились после страданий,
Одною хорошей зимой –
Какой и весна не бывает,
Когда нет любимой такой.
Доверчивый, милый голубчик!
Я верил ещё не вполне,
Что счастье, которого ждал я,
Так ясно впорхнуло ко мне, –
Впорхнуло, как малая птица,
Вещая о скорой весне.
Я руку протягивал с дрожью,
Что вдруг всё исчезнет, и вновь,
Отвергнутый милостью Божьей
Звать буду, напрасно, любовь.
Но каждое милое слово
И тёплые руки твои
Поверить заставили, снова,
Что я – на дороге любви.
Что нежное, друга, участье,
И сердце – два сердца в одном, –
Есть самое светлое счастье
Такое, что кажется сном.
Всегда будь со мной, дорогая,
От милого сна не буди.
Калёное, грешное сердце
Стучит в этой грешной груди,
И просит, и верит, что будет
Тот сон навсегда впереди.
(«Кому это? Угадай? – Ниночке моей», 7 марта 1926 г.)
*Гриневский – настоящая фамилия писателя.
Наталья Кошелева,
научный сотрудник музея А.С. Грина
Список литературы и источников:
1. Грин Н.Н. Воспоминания об Александре Грине: Петроград. Феодосия. Старый Крым. Мемуарные очерки. Дневниковые записи. Письма / Изд. 2-е, исправл., дополн. Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С. Грина. Сост., подг. текста, коммент. Н. Яловой, Л. Варламовой, С. Колотуповой, Л. Ковтун, Д. Лосева. Феодосия; М.: Издат. дом «Коктебель», 2021. 496 с.: ил. (Портрет мастера. Вып. 5).
2. Калицкая В.П. Моя жизнь с Александром Грином: Воспоминания. Очерки. Письма /Феодосийский литературно-мемориальный музей А.С. Грина. Изд. 2-е, исправл., дополн. Сост., подг. текстов: Л. Варламова, Н. Яловая, Д. Лосев. Феодосия; М.: Издат. дом «Коктебель», 2021. 400 с.: ил. (Портрет мастера. Вып. 6).
3. Яловая Н.В. Александр Грин: Хроника жизни и творчества: С фрагментами автобиографии, воспоминаний, писем, дневниковых записей. Феодосия; М.: Издат. дом Коктебель, 2006. 80 с.